>И я осмелюсь осторожно,

интеллигентно предложить:

 Дадим ему спокойно жить! :-)

Я полностью поддерживаю предложение: оставить Перельмана в покое, потому что любые даже самые благожелательные комментарии, написанные с целью поддержать Перельмана, в итоге оказываются досужими пересудами, касающимися вещей, не имеющих отношения к существу дела. Простой народ не может понять в принципе, как какие-то абстрактные научные разногласия могут привести к тому, что человек отказывается получить реальную заслуженную премию во вполне серьезном денежном выражении. Простой народ руководствуется простым и понятным правилом: «Дают – бери, а бьют – беги», а все, что сверх того, то от лукавого.

Ученые коллеги пытаются как-то объяснить странное и непонятное отношение Перельмана к присуждаемым ему наградам. Однако, объяснять надо не его отношение к наградам, а существенно более важные для него вещи, почему он ушел из института и сказал, что прекращает свои занятия математикой. Для Перельмана математика – это сама жизнь, а награды – это так, некий пустячок. Обычному человеку это трудно понять. Для нормального человека деньги – это важно, а наука – это так, если она есть – хорошо, а если нет – то тоже не заплачем.

Проблема в том, что в той области математики, которой занимался Перельман, сейчас наступил кризис, подобный тому, который существовал полтора века назад, когда не признавали неевклидову геометрию Лобачевского-Больяйи. Сейчас в математике аналогичный кризис " New crisis in geometry?"  русс. версия  . Кризис в геометрии обусловлен непризнанием неаксиоматизируемых геометрий и непоследовательностью римановой геометрии. Сейчас в геометрии наиболее перспективным считается топологическое направление, и Перельман всю свою жизнь занимался топологией. Когда он понял, что это направление является тупиковым, поскольку существуют неаксиоматизируемые геометрии, в которых топологию нельзя задавать аксиоматически, то он был разочарован в своей деятельности со всеми вытекающими отсюда последствиями.

Если Перельман обсуждал проблему кризиса в геометрии со своими коллегами, то его не поняли, или не захотели понять. (различить между «не поняли» и «не захотели понять» довольно трудно). Перельман обвинял своих коллег в некомпетентности и недобросовестности. Каких именно коллег – это не очень понятно. Для того, чтобы не захотеть понять существуют определенные мотивы. Признание существования кризиса в геометрии обесценивает некоторые работы по топологии. Разумеется, в признании существования кризиса в геометрии не заинтересован никто из геометров: ни сам Перельман, ни его коллеги.

Как будет разрешен кризис в современной геометрии? По-видимому, он будет разрешен так же, как был разрешен предыдущий кризис с геометрией Лобачевского-Больяйи. Пройдет время, сменится одно-два поколения математиков. Теперешнее поколение геометров уйдет в мир иной, а новые поколения геометров будут более лояльны по отношению к неаксиоматизируемым геометриям. Появление неаксиоматизируемых геометрий вместе с противоречивостью римановой геометрии породило теперешний кризис.

Почему о кризисе в геометрии молчат математики, и говорю я (физик)? Это потому, что математики являются творцами геометрии, тогда как я являюсь ее потребителем. Я изучаю свойства пространства-времени и для меня важно уметь работать со всеми возможными геометриями, потому что заранее не знаешь, какой может оказаться геометрия реального пространства-времени.

Математики вполне могут изучать только некоторый узкий класс (аксиоматизируемых) геометрий, оставив на потом остальные (неаксиоматизируемые) геометрии. Для математиков важно правильно производить логические операции и искусно доказывать теоремы. Как будет использоваться геометрия в прикладных науках – это не их забота. Эти вопросы подробно обсуждаются в работе «Abel Prize 2009 as a necessitation to discussion on geometry, or physicist versus geometers» Русс. версия 

По-моему мнению, обсуждать кризисные явления в геометрии все же надо, хотя это и не нравится математикам, а  Перельмана надо оставить в покое.